Эля Джикирба

Продолжение разговора о делах наших скорбных выставлю в возможно коротком объёме. Если смогу, конечно.
Да и любезный мой френд Сергей Варшавчик предлагал высказаться. Отказать ему не считаю для себя возможным.

Сегодня утром, на Чистых прудах. Стоит мороженщица, продаёт свой нежный товар. Подъезжает милицейская машина, из неё вываливают три рыла в форме, подходят к лотку, набирают полные руки мороженого. Разворачиваются и уходят. Продавщица обречённо спрашивает в след уходящим спинам: "А платить?"
"Какой на хуй платить!" - не оборачиваясь, бросает ей в ответ одна из спин.

- И часто они так? - задают продавщице вопрос.
- Так лето же наступило! - отвечает она - В день теперь по семь-восемь раз будут ходить.

В связи с этим простым и банальным для нашей жизни эпизодом я вдруг чётко поняла,а точнее открыла для себя одну ужасную вещь.

Россия нежизнеспособна как государство.

Да, об этом многие говорят и пишут. Я сама их читала и сколько раз, холодея от мрачного беспросветного пессимизма авторов, физически ощущая нарастающий внутри протест, отказываясь верить чёрно-белым строчкам.
Я читала их, неизбывно сохраняя в душе веру советской школьницы, привыкшей к тому, что где-то впереди обязательно появится светлое будущее.
Сегодня, после рассказа об ограбленной мороженщице, я похоронила в себе то, что ещё оставалось от этой веры.

Нет и не может быть будущего в стране, в которой власть не обладает инстинктом самосохранения.

Мы живём под сенью суицида.

Нами, держа в руках огромные ресурсы, ядерный чемоданчик и золотовалютный резерв, управляют самоубийцы, не верящие в своё спасение. И дело не в том, что они не спасутся физически. Нет, спасутся, скорее всего, потому что я не наблюдаю среди них романтиков, сродни Саддаму Хуссейну. И глупцов, похожих на Буша и Саакашвили, тоже не вижу. Напротив. Они все прагматики, без идеалистических рефлексий и твёрдо стоят на ногах.

Просто им не хватает здравого смысла.

Строительство вертикали и прогиб свободы слова неизбежно привели власть к византийщине, а следом - к вестернизации самой власти и варваризации народа.
Три "в" - это три черепахи, разом отказавшиеся держать на себе утлую, растянутую до размеров овала, сферу. Черепахи расползаются в разные стороны и покоящаяся на их протёртых панцирях конструкция угрожающе качается, и даёт чудовищный по масштабам крен.
В итоге мы имеем фашизм, как данность. Басманное правосудие. Зомбо-ящик. Рейдерство. Открытый грабёж. Бюрократию. Сотни тысяч бывших соотечественников. Столько же тех, кто не может вернуться. Ограбленную мороженщицу.

Это путь самоубийц.

ЗЫ. А фашизм надо тонтон-макутами душить. Правительственными бригадами. Официально.
Тихо так уничтожать всех главарей. Если власти не могут по-другому, значит надо так. И не возражайте мне, что мы это уже проходили.
Проходили. Было дело.
Но когда у стоящего на краю сыпется под ногами грунт, его спасёт только вовремя кинутая верёвка.

Да, он порежет ею руки.

Но сохранит себе жизнь.